Порою гоним прочь мысли о хреновом…
Может защитная реакция организма, или черепной коробки) Но! Освежать в памяти некие произошедшие события НЕОБХОДИМО — как предупреждение! 

Зачастую, после произошедшего, начинаем задумываться о смысле жизни, ШИРОКО РАСКРЫВ ГЛАЗА, что бы не попасть, избежать нелепой, а порой и острой, или ТРАГИЧЕСКОЙ ситуации!

Так было и в этот ЗЛОПОЛУЧНЫЙ для меня раз! А как все начиналось…

 

ОРЛР ДОКУЧАЕВО

В полковую структуру входило несколько точек ОРЛР. Так называемые Отдельные Радиолокационные Роты. Солдат примерно десятка три, и с десяток офицеров и прапорщиков.
Вот такая боевая единица. Вы спросите – «А почему боевая, время как бы мирное?» Да просто по причине несения боевого дежурства и порой «у черта на куличках»

РЛС (станции радиолокационные) чтобы «зырче» видели старались затянуть на преобладающие высоты. Хотя доставались они не одной «матерью» и тоннами пота. Не забываем, что разговор про дикие края, а если еще добавить, что на островах, да на Курильских…мда! По долгу своей службы часто забрасывало по Курильской гряде, и Большой, и Малой, так что насмотрелся сполна как на красоты, так и сложности выживания на таких точках.

В этот раз я приземлился на Докучаево. Взглядом проводил винтокрылую «птиЦ», что зовется «МИ-8», уносящую пилотов и погранцов к своим заставам, и пошел во встреч местным «аборигенам».
Чуть поодаль в сторонке стоял военный «монстр» больше похожий на «самобеглую коляску», чем на бывший когда то «ЗИЛ – 157»
Из родных деталей узнавались колеса, часть кабины – без левой от водителя дверцы, и деревянная основа -платформа кузова. Не было даже традиционного круга — баранки!

Да! «Крепче за баранку держися шофер» — как в той песне)
А здесь — крепко проволокой прикрученное полено, с кругом из самодельной окантовки…!

/Уже позже узнал, что рулевые баранки — это оказывается ДЕФИЦИТ! Их воровали где могли, приспосабливая под «хапы»! «Хап» — это такой большой крючок, который прикручивали к лыжной алюминиевой палке. Им очень удобно было таскать по нересту красную рыбу, добывая икру. Вот такие секреты «полишинеля»!/

Как бы и все остальное прикручено, прибито, приварено от всех пригодных деревяшек и железяк.
Но…! Однако двигатель исправно урчал, и это вселяло надежду, что до расположения роты мы все же доедем! Иначе пыхтеть нам порядка пяти км от береговой линии, да еще изначально от побережья в гору, а уж после по плоскогорью.
Не секрет, что и с  ротным мы были знакомы, да и с офицерами остальными. Знал и старшину прапорщика с такой залихватской фамилией – Молоток. Сразу скажу, что он вполне ее оправдывал, как иной раз нахваливают «молоток мужик!»

Данное подразделение состояло из казармы солдатской, пары офицерских домов, ПУ (Пункт Управления), дизельной, склада ГСМ, склада вещевого и продовольственного, и уже в отдалении раздельно расположенных РЛС. На них круглосуточно, посменно дежурили операторы во главе со старшим.
Полученные от зорких станций координаты целей поступали в полк, где обрабатывались и передавались дальше и выше.

Вот так в Москве знали ежечасно, что творится на таких от них далеких островах и прилегающих к ним водных и воздушных территориях. Из этого и состоят границы ПВО со всем отсюда вытекающими!
Мы же, как винтики одного целого, поддерживали каждый на своем направлении работу этого ДОРОГОГО и очень СЛОЖНОГО механизма. При досадных промахах или ошибках не всякий ответственный мог бы чувствовать себя в покойном состоянии. Казнить СВЕРХУ могли любого и каждого, на кого «переведут стрелки». И «отмазывались» кто и как умудрится. Кто – пользуясь связями, кто – пользуясь способной хитрить и выкручиваться своей головой. А кто и терял эту голову… мда! По-всякому было! Но и не могло быть иначе в этих краях, в этих сложных условиях отсутствия нормальных сообщений.

Одно из островных правил гласило – «Во всем не забыть добавлять ЗАПАС», или «ефрейторский запас» Это когда прикидываешь потратить времени час, а добавляешь час сверху, прикидываешь обернуться за сутки, а сразу добавляешь еще одни или двое сверху, недельная командировка может обернуться сроком на месяц, и так во всем)

Я предполагал и эту командировку в подобных измерениях с двойным запасом, как минимум. Это и транспорт, что пролетая по пограничным точкам, с амплитудой в две и больше недели, может и присесть на точке.
Это и погода, что в одночасье может сменить свою летнюю ласку на штормовой ветер или циклон с ливневыми дождями.

А ЕСТЬ ЛИ В ЭТОМ РОМАНТИКА

Представляете, как закручивают гайки?
Вот и жизнь затянет подобным по силе «закручивания» образом. Это в плане социального проживания. Хорошо если с развитой инфраструктурой, с возможностью слушать, видеть интересное, посещать кафе, рестораны, театры… Более отдаленные от таковых мест имеют возможность приезжать, особо в перемещении не заморачиваясь.

Есть и более далеко проживающие – скажем на крупных островах или полуостровах, подобно Сахалин, Камчатка. Есть и цивилизация, и возможность, плюнув на все выбраться на Большую Землю (он же Материк).И, как «подарки» подобные ТОЧКИ! Они бывают не далеки по расстоянию, но…! Выбраться с них, подобно Земле Санникова – ни туда, ни оттуда. Есть экспедиционные завозы морским транспортом, что проводятся раз в полгода – весной и осенью. Есть вертолеты, что в пределах допустимого радиуса по горючке могут достигать определенных мест. И все! Ни на автомашинах, ни пешком на другие точки вы не попадете!

Это средняя часть курильских островов, как Уруп, Симушир, Матуа, и еще подобные. На них попадают лишь по воде! И люди служат по два — три года в таких ОТОРВАННЫХ от любой цивилизации условиях!

Вспомнил, как с одной из точек обеспечивал радиосвязь в телефонном режиме (то есть как мы разговариваем по телефону) ибо не каждый из офицеров может то же проделать, используя морзянку)

– Кто на связи? – задает вопрос капитан Стрижак, он же начальник медчасти полка, он же спец загнуть “по матери”
– Фельдшер роты ефрейтор Голиков… – отдаленно, но вполне приемлемо, пусть и с потрескиванием помех в эфире, раздается голос отвечающего.


Ну как никак, а несколько сотен километров между общающимся, и это в то время когда о мобильной связи, как в новой жизни в России никто и не думал!
– Ну доложи коротко что там с женщиной случилось?
Вопрос касался жены замполита, которая в отчаянной попытке искусственно прервать беременность, что то сама себе натворила. Натворила так, что появилось кровотечение. Это требовало принятие экстренных срочных мер! И это на точке мизерного островка, что носит название Матуа, или нам привычное «Сарычево»

Парнишка, на том конце радиосвязи, что за свои 19 лет живой, в натуре (назовем женский орган) не видел, вдруг как то должен РАДИКАЛЬНО, ОПЕРАТИВНО оказывать медицинскую помощь по женски!!! Запомнилось, как капитан, после нескольких наипервейших советов,  в сердцах прорычал в микрофон –
– Заклепайте ей ….у, что бы она, если не знает как, то не ….сь больше, в сложных географических условиях!
Я как блаженный заорал, отбирая у него микрофон –
– Таащ капитан, это же прямой эфир! Вы че кроете?
А с соседнего поста радистка, служащая СА Привалова, томно закатив глаза, проворковала –
– Ну что вы! Прям не знаю…это же природа! – И она как-то сердечно вздохнула, может представив себя в этих сложных «географических условиях»

Спешу успокоить гостей моей повести – вывезли бедную «абортницу» с точки. Вывезли на ПОДВОДНОЙ ЛОДКЕ! Она выдвигалась в сторону своей базы, после боевого дежурства.  Ну а нам дальше)

ХУЖЕ НЕТ, ЧЕМ ОЖИДАНИЕ

Положение хозяев точки выгодно отличались от моего временного проживания. То есть – с утра построение, какие-то задачи, их выполнение, по вечерам проверки, разборки, совещания… Зато в такой круговерти и время бежит быстрее. Я же, выполнив то, что спланировал по прибытию, остался в стороне от их мирских дел, и свободен как островной медведь.  Днем проводил время в небольших прогулках по отливу, вечерами же с офицерами в одной из их квартир. Да и собирались в основном там, где временно проживал я.

Их интересовала полковая жизнь, и я старался им что мог разъяснить. Вечера коротали так же, расписывая “пулю” (в карты), и попивая компанией чистый как слеза самогон, закусывая в основном икрой и разных блюд из морской рыбы. Готовить рыбу, и варить самогон на точках курильских островов местные умели! Везде были собственные “ноу – хау”, свои рецепты, свои компоненты добавки и подкрашивания. И выходили такие напитки, которые “заткнут за пояс” по качеству многие алкогольные спиртовые гос. и импортные продукты)

Дело в том, что хлеб пекли на точках свой, а потому завозили и дрожжи для  выпечки. Дрожжи были в банках, отменного качества. Хватало и сахара. А уж сиропа из клоповника (это такая ягода) настаивали бочками. Вот так и коротали вечера.

Вспомнил случай с другом – мичманом на одном из северных курильских островов.

Мичман проверил брагу, что кипела уже поспевая, и вспомнил про зонд, что подарили недалеко проживающие “метевцы”. Это работники метеостанции, что вчетвером проживали на острове, снимая и передавая показания метеопогоды. Изредка, в определенное время они запускали метеозонды. Мичман такому “шарику” придумал более почетную роль ГИДРОЗАТВОРА.  Фляга стояла у изголовья его кровати, рядом с теплым обогревателем кухонной печи в малюсенькой комнатке, что служила бравому мичману спаленкой. Был наш друг уже навеселе, да еще и натянув горлышко шара на емкость, хлобыстнул вдогонку пол кружки отменного самогона, и… естественным образом впал в пьяную “кому”.

Сколько проспал – неизвестно. Но…! Проснулся от ужасного состояния, что кто то его душит, а он по какой то причине потерял зрение – ослеп!
Он заорал благим матом, а…голоса не расслышал! Начал пытаться щупать себя, и не может шевелить руками, они явно его не слушались! Лицо и губы были непослушны, голова с противным скрипом все же поворачивалась. Что то упруго мешало ему в движениях, и вдобавок НИЧЕГО не было видно!

– Каюк мне! Во…бля, довела пьянка! На том свете, я что ли? – мичман заорал от страха, ничего не соображая.
Когда он с трудом развернулся боком на кровати, вдруг раздался резкий хлопок, и комнату заполнил бражный, сивушный запах. Вряд ли он бы сразу разобрался, да прижало шевелением резину шара к коврику по кроватной стене. А на ней посредине висел высушенный и вываренный в морской воде огромный камчатский краб. Вот один из острых его шипов – бугорков и проткнул резину шара, что тот и лопнул! Сидел он в холодном поту минут пять, приходя в себя и кроя всю метеостанцию, их резиновые изделия красивым как песня, военно – морским матом.
Ладно, отвлекся я!

В очередной раз поутру связался с дежурным по ПУ. “Обрадовал”, уже надоевшим – “Саня, узнавал у летунов, на сегодня ничего не будет в нашу сторону. так что отдыхай, дружище!
– Да, Вов. что я и делаю уже неделю! – со вздохом разочарования ответил в трубку я.
Пошел к старшине предупредить, что спущусь на отлив, погуляю от нехер делать. И, действительно – МОЛОТОК! Он предложил мне свой охотничий нож и ружье ТОЗ 34 ЕР. Я как-то до этого благодарил, но не брал (может лень было лишний груз). а в этот раз, и не пойму, но согласился взять. Эх, как я ему благодарен за это!
Но, об этом позже) А пока собравшись я пошел готовится к прогулке…

РОКОВАЯ ВСТРЕЧА

Я с выходом задержался. Тормознули по текучим делам, ненадолго, но подходил обед. Тут уж сам решил выйти после обеда.
Спустился я к отливу уже к трем часа дня. Рассчитывать на полный день уже не приходилось. Принял решение прогуляться вдоль побережья по его правой стороне. Это туда, где вдалеке виднелось нагромождение скал и валунов по берегу. Видны лишь белые буруны, что яростно накатывая на разбросанные камни, яростно их облизывают, и поспешно убегают, шипя и оставляя белесые зигзаги морской пены.
Шел, поглядывал по сторонам и впереди по ходу. Порой на побережье волнами выкидывает разные склянки, банки, и прочую атрибутику морской жизни, что океан не хочет (а может брезгует?) принимать.
Что только не находили мы на этих прибрежных полосах!

Как-то заломалась наша машина, пришлось выбираться пешком до первого по пути населенного пункта. Туда, где можно связаться и попросить помощи. Это по нашим прикидкам 8 – 10 км. Прибрежная полоса в отлив, как асфальт, идти по нему легко, без напряга. Шли вдвоем. Напарник – высокий меланхоличный мужик, средних лет, по имени Лева, был не особо разговорчив. В большей степени старался, обогнав меня первым ринуться подбирать что-либо блестящее в песке побережья, или только выкаченному волнами на берег. Я к этому относился с ухмылкой и снисходительно – “Давай, брат, рыскай, лишь бы не выбился из сил от усталости!” Но пока все шло хорошо…
Услышав очередной вопль восторга посмотрел в его направлении. Лева тянул из песка полу присыпанный рыбацкий сапог. Подошел поближе разглядеть. Да! Тут ничего не скажешь! Сапог был абсолютно целым, почти не изношенным. А главное – это был фирменный сапог произведенный узкоглазыми, хитрющими парнями страны “Восходящего Солнца” Не забываем, что импортом в то советское время в стране не особо где и пахло! Легкий, с литой платформой подошвы, где вычурный рисунок позволял ходить по любым осклизлостям безбоязненно, не боясь сложиться. Мда…! Находка и впрямь была классной. Да и размер как бы в районе моего 42. У Левы нога была больше, однако это не помешало ему натянуть сапог примеряясь по ноге.

 

 

– Ну что? – спросил я – Подошел?
– А как же, почти мой – ответил он, а сам озабочено тыкал пальцами в районе носка. Я видел, что он ему маловат, но ничего не сказал, и повернулся идти дальше.
Заметался мой компаньон по отливу, завертел головой.

– А где же второй? Должно быть два. – он вертел головой, словно ожидая, что    из редких кустов, чуть поодаль от полосы отлива прилетит и второй до пары. Ан нет, чуда не происходило. А я уже неспешно удалялся от места ПОЛУ счастливой находки. Пробежав, даже прорыскав несколько кругов в пределах нашей остановки  пришлось и ему выдвигаться следом – нет, второго сапога в пределах видимости не было!

И шел это высокий мужик, вертя ОДИН сапог в руках, длинную вереницу метров, зорко поглядывая и шустро заскакивая вперед меня. Видимо опасаясь, что второй сапог может попасться мне) А его не было.
Мы уже порядочно отошли от того места, как Лева вдруг принял решение:
– Да и хрен на него! – отчаянно завопив, он в сердцах крутанув за голяшку запустил сапог в сторону от полосы отлива. Тот крутя длинным голенищем беззвучно шмякнулся в кусты порыжелой травы.
– Что, относил до талого? – ухмыльнулся я.
– Да толку его один таскать! – он как то с тоской глянул в ту сторону, махнул рукой и торопким, размашистым шагом зашагал впереди. Зашагал уже не оглядываясь.

– Лева! – крикнул я в след ему – Я его заберу, может где какие латки на лодку, резина вроде мягкая, пойдет!
В ответ мне он лишь махнул рукой, типа – “Как хочешь!”
Я скинул с плеч рюкзачок, скатал так же на ходу сапог и сунул его в утробу мешка.
Там у меня лежали пара банок тушенки, пол буханки хлеба, фляжка со спиртом, да еще кое что по мелочам. Уже приучив себя, я никогда не отправлялся без этого нехитрого, но порою столь ценного запаса.

Так мы прошагали больше половины пути по отливу. Впереди виднелся выкинутый на отлив огромный куст морской капусты.  Лева идущий впереди обошел его слева, прижимаясь к полоске прибрежного наката. Я же, как бронепоезд пошел прямо по мокрым и осклизлым листьям этого полезного продукта. И тут выхватил глазами голяшку глянцево поблескивающей резины – это явно торчал под капустой такой же сапог!

Здесь даже не сработал закон подлости! То есть – один сапог если целый, то второй должен быть как минимум располосован. А хрен! Абсолютно такой же по качеству. Вот это меня обрадовало! Я и не сразу обратил внимание на Леву. А уж как увидел, то не смог не “расколоться” от смеха.

Это был вид человека, у которого нагло отобрали детство, все игрушки, пообещав – как вырастет и женится, то и забрать любимую супругу. Человек стоял потерянный и крайне растерянный…
Остаток пути до Буревестника мы прошли как пролетели – не заметив ни расстояния ни времени. Всю дорогу Лев косил и стрелял в меня глазами. Лишь не рычал, не знаю от чего больше – от досады, от такой невезухи, или от того, что я не согласился продать ему эту пару. Да! Он уговаривал меня, призывая и маму, и папу, и мою совесть, и всех чертей на побережье! Но остался я НЕПРЕКЛОНЕН, и с отличной парой резиновых сапог “Made in Japan” Ладно, опять “занесло”, продолжим!

Везуха бывает раз! И в этот мне ничего, на что бы упал взгляд, не попалось. Так по тихой неспешно и “чапал” в сторону уже явно в деталях просматривающихся скал и камней по берегу. Решил, как дойду – обследую, пожую и попью, и в обратный путь. Тем более уже начинался прилив.
Что то привлекло мое внимание, где то глаз среди пены волн и камней булыжников успел что то отметить. Впечатление – кто-то пристально за мной наблюдает.

 

Слилась картинка – не сразу и заметил этого ЧУДИЩА морского! Первым, что бросилось взору, это его глаза, или глазищи. Это был пристальный взгляд, и вполне осмысленный. Его прямоугольные зрачки неотрывно следили за моим перемещением.

А я медленно и настороженно обходил вокруг гиганта. Вода с наката плотно обжимала ноги уже выше колена. Хорошо, что на сапогах, тех хваленных японских сапогах, были подняты резиновые голяшки. Я вдруг обратил внимание, что “Ося” (как я успел окрестить нежданного гостя) совсем незаметно, но меняет позицию за мной следом. Я всегда был в поле его зрения. Глаза его притягивали, словно гипнотизируя.

Мне же захотелось подробно рассмотреть его мощные ноги-щупальца. Частично они скрывались в пене и воде, частично своими огромными по обхвату верхними частями крепко обнимали камень. Над ними грозно возвышался купол головы. Он уже не лежал вдоль ближних к воде лап-щупалец, а именно возвышался в некой боевой стойке над валуном.

Я легонько рукой ощупал одну из его ближайших “ног”. Шершавая, песчано – желтоватого окраса сверху, шкура плавно меняла цвет на бело – голубоватый к внутренней поверхности. Вдоль щупальца вся внутренняя поверхность была заполнена грибами – присосками. Чем ближе к основанию тела, тем они были крупнее. Это как шляпка среднего гриба, и так же на ножке. Разница лишь в выполняемых функциях, а они себя показали!


Я попробовал приподнять ближнюю ко мне ногу. Удалось, хоть и с трудом частично ее перебросить через плечо. Я продвинулся ближе к его голове – туловищу. Впереди мешала еще одна скрученная конечность. Послал и ее за себя, но не смог полностью – что-то мешало. Провел рукой по первой. Ага! А она плотно меня охватила через левое плечо наискось за спину.

Я убедился, как эта рука, нога или среднее легко и ненавязчиво, а в то же время надежно и крепко покоится на мне родимом! Пока я пробовал стащить эту первую ногу, мне справа “приполз” новый обхват. Это уже неспешно вторая щупальца отыскала на мне подходящую позицию. Я был спокоен, я еще не представлял, что СИТУАЦИЯ постепенно выходит из под моего контроля!
Когда очередная волна приливного прибоя с яростью ударила в камень, гостя из пучины, и меня, я рванулся в сторону берега. И вот тут уже понял, что я ПОПАЛСЯ!


Попался в крепкие объятия нежданного “друга” из морских пучин! Страшное заключалось в том, что шло время прилива. Это значит, что прибрежная полоса, на которой находился я, постепенно погрузится, будет занята водами океана. Набрав к ночи полную отметку прилива, лишь к утру пойдет на убыль, то есть на отлив. Такова природа морей и океанов, что притягивает гравитация нашей вечной “подруги” Земли – Луны!


Это значило мое медленное погружение с этим “другом” в океанскую пучину. А я ТУДА, в гости к нему НЕ планировал, и никак не хотел попасть.
В то же время его хват не ослаблялся, а лишь наоборот сковывал меня, мои движения все сильнее. Правая рука, правое бедро и нога были плотно подтянуты к самому камню. Шевелить ими я фактически НЕ МОГ.


Левая рука была свободна, но поворачивая голову влево, я мог наблюдать лишь толстенное живое “бревно” его щупальца, что охватывало наискось мое левое плечо.
– Э…э…э друг! Мы так не договаривались, твою маму! – я заорал в тушу – голову, смотря в его “козлиные, но на порядок умнее, глаза.
Он в ответ ниТЧего НЕ говорил, лишь потихонечку, ласково шевелил своими буграми мышц. Мне стало страшно, я этого не скрываю. И благодарю Бога, что не поддался паники. Напротив – в голове что-то ясно и четко защелкало, перебирая варианты спасительного отхода.

Я понял, что играть с ним в армрестлинг у меня НИКАК не получится – не тот попался противник! Отгрызи я ему пару, другую ног, у него остается такой “хомут на мою шею” с которым я ни в жизнь не справлюсь.
– Это мой КИРДЫК”, если я с ним не справлюсь – вслух подумал я. Вода мне била уже по пояс, а иной волной и накрывало по грудь. Мне срочно нужно было что то предпринимать. Я вспомнил про ружье, но мне его стянуть не удастся – оно было плотно прижато его огромными “руками”, как бы приколочено присосками к моей спине.

– Залезть ему в глаза пальцами? – подумал я – А смогу ли достать, а если скрутит до того, как я его прикончу. Да и прикончу ли?
Может еще бы и дольше рассуждал о мерах умерщвления, вывода из строя страшного уже друга. Но тут почувствовал, как что-то больно упирается к бедру. Прижат был к камню боком, но левая рука была ПОКА свободна, и я ее сунул по боку, ощупывая в воде предмет, под упругим, но напряженным телом мышц щупальца.   


– Ох ты, мать честная, а это же кинжал Молотка!- мысль, как зацепка на спасение пронзила мою голову.
Я аккуратно потянул кинжал, крепко, чтобы не дай Бог не выскользнул, потянул его из ножен. Не совсем удобная позиция с левой руки, сам правша, но зато под рукой —  тянуться не нужно, так как рядом. 

Рассуждать, раздумывать не позволяло время — вода захлестывала грудь. Я, мысленно перекрестившись, вспомнив Бога, наотмашь воткнул блестящую полосу отменной закаленной стали ножа в район переносицы, или места между глаз чудовища. Проделал подобное еще раз,но больше не успел.

Видимо что то сработало до смерти этого монстра, и он успел выпустить облако сине-фиолетового пара. Ох и вонючего” Дыханье сперло. Но что там уже эти предсмертные потуги! Главное – в какой то агонии щупальца, что полосами прижимали меня до камня, конвульсивно задергались, Хватка этих «об’ятий» стала ослабевать, по мощным лапам бежали волны судорог.
Зверь морской отпустил мое драгоценное тело из своих смертельных объятий…

 

Я был СВОБОДЕН!

Этот поход, “легкий променад” еще долгое время преследовал меня сонными кошмарами. Типа — Сходил за хлебушком))
Выветрилось из памяти не так и скоро, и как видим — не до конца! И пусть не в полной мере, но воспоминания остались по жизни. Несмотря на много “утекшей воды-времени” попытался восстановить, на сколь помню, и записал, что бы поделится с вами.

 

Уже после.

Я принес ружье и кинжал старшине по возвращении в роту, и  рассказал Молотку об этом “смертельном походе”. Он долго и задумчиво смотрел на меня и покачивал головой, то ли сочувствуя, то ли не совсем веря в происшедшее. Я же придя к себе в жилье, уже переодевшись, услышал гул отъезжающего “гибрида колуна”, но не придал этому никакого значения.

А уже так часу в восьмом вечера старшина зашел ко мне.
– Собирайся, пойдем на ужин. – пригласил он меня.
Мы пошли с ним к нему домой. На столе парила еще, испуская аромат жаренного мяса, огромная сковорода. Старшина довольно потерев руки, движением фокусника, водрузил пузатую японскую бутылку из под саке, на середину стола.

– Ну с Богом! – я поднял стакан и мы чокнулись с гостями. Нас за столом собралось человек пять. Так было принято в роте, если свободны, то зачастую и ужинали вместе.
Вилкой зацепил на закуску кусок мяса. Это по вкусу была курица. Большие, толстые куски белого сочного мяса.
– Толик, обратился я к старшине – а куры у тебя откуда?
Старшина с набитым ртом тыкнул вилкой в угол. Я посмотрел туда, но так и ничего не понял. Лишь потом, на перекуре, между какими-то по счету рюмками, я разглядел что было в углу. Это были длинные, как чехлы полосы с присосками! До меня только тогда дошло, что мы ели того самого “Осю”!

Не смог бы, и не заставили бы и прикоснуться! Если бы я об этом узнал изначально!
– А я знал, что не станешь – глядя на меня и хитро улыбаясь ответил Толик. – Потому и не сказал заранее, а мясо то по вкусу как куриное. Обдаешь крутым кипятком щупальца, стаскиваешь как чулки, и остается один деликатес!
Вот так и поужинали с деликатесом. Как папуас, что убил достойного противника, и обязан съесть его сердце, чтобы стать сильным и смелым. Может и на пользу? Хрен его знает))

Курильские острова. о-в Кунашир. ОРЛР ДОКУЧАЕВО